Пилорама. Нет, Лесопилка - так будет более точно. "Лес пилить" - это красивее и объемнее. "Рама" - это только механизм с электроприводом, и не отображает весь процесс, а ещё же отношения в его проистекании, и не только производственные, но и человеческие. Когда "щепки летят" не только из-под рубящего, колющего, режущего железа, но и от рук людских, и если их больше двух, одной материей, в том числе древесной, жив не будешь. Тут уже возникают симпатия, дружба, зависть, власть, порядок, ложь и правда, любовь. Да, над деревообрабатывающим оборудованием может витать любовь при наличии двух разнополых страждущих сердец, причем одно из них может стучать удаленно, потому как, только она дает отдушину, свободу от визга пил, грохота кран-балки, пасмурного дня, ожидания зарплаты, вымокшей обуви, запаха, хотя нет, запах опилок и хвойной смолы очень даже романтичен, но, умоляю, не заходите в рабочую раздевалку(!). О чем думают Стас-рамщик, Николай-станочник, Алена-кадровик, за станками, компьютером и бумагами, в микроавтобусе по дороге утром в цех и после обеда обратно? О свободе. И у каждого в голове свое представление, свой образ. Есть заблуждающиеся в ее поиске и обретении, бывает если близко подойти к какому-либо работнику, то обоняние уловит запах попытки обмануть реальность при помощи хитрых жидкостей. Но это ненадолго, возвращение будет еще тягостней, свобода не любит халтурщиков, и наказывает за такой побег, как не терпит и поверхностного к ней отношения, так как многие считают, что уже обретали ее, некоторые и не раз. Как Юра Митин.
Лесопилка валила на приобретённых с аукциона делянках хвойные и лиственнные породы, перехватывала оные подешевле у посредников, постоянно решая проблему поиска техники с манипулятором для погрузки кубометров и доставки в цех, где столярные паталогоанатомы вскрывали дары флоры, отделяли полезный ботанический материал, формируя его в конечный продукт - поддоны-паллеты деревянные тарные. Далее изделия подвергались погрузке в фуры, и пройдя санитарные и таможенные формальности, отправлялись верно служить экономике Евросоюза, а по истечении срока службы, вероятно, становились дровами для несложных подсобных нужд или топливом, не удивлюсь, если какой-нибудь месье или сеньор сварганил себе на тепле от белорусского леса чего-нибудь на барбекю, причем география подобного факта может быть безграничной.
Лесопилка была частным владением, и не раз меняла юридические имена, то она ЧУП, то ИТПЧУП - иностранное торгово-производственное частное унитарное предприятие, где заморскими были виртуальнные учредители в Неваде, их счета и фальшивые подписи в документах. Зато до боли родными были лица осуществлявшие производственный процесс, да и законы по которым жила Л. тоже были до ужаса свои: как и многие другие коллективные организмы в те времена начала десятых годов она пыталась окультурить беспредел конца прошлого века в волю с надрывом, а при идеально складывающихся обстоятельствах в осознанную свободу с вытекающей личной ответственностью, от которой то ли давно отвыкли (по словам старшего поколения), то ли никогда на себя не брали, что более вероятно.
Экономика Республики Беларусь переживала нелучшие времена, только-только начинала наливаться румянцем от почти дармовых горючих жидкостей из труб с востока, а стадионно-ледоводворцовые и библиотечные архитектурные проекты лишь набирали оборот. Лесопилка, как часть системы, отражала в себе макроэкономические проблемы. Приходилось изыскивать резервы, в первую очередь внутренние: железо не возьмешь ни кнутом, ни пряником, а вот с бедолаг загнанных рынком труда на убийство леса можно пару-другую шкур содрать, на чём и согреться. Руководство посчитало ночной простой цеха потерей в оплате за аренду и времени, и угнетенный класс стал работать в две смены по двеннадцать часов вместо восьмичасовых. Личного времени поубавилось, а это серьезный фактор, так как эти часы, для себя любимых, еще называют свободными, как следствие, возник конфликт материального и отвлечённого, неподвластного законам физики, подогреваемый распрями в среде пролейтариата. В умах бурлило, шел пар. Здоровая соревновательность между бригадами перерастала в рвачество граничащее с саботажем. Положение ночной смены усугублялось отсутствием возможности пожаловаться руководству, так как оно присутствовало на месте только днем. Пересменка походила на отступление дневной смены со словесным боем, ночники, скрепя зубами, разгребали доутра авгиевы конюшни устроенные предшественниками, матеря их в перекурах, может кому во сне и икнулось.
Юра Митин, как он думал, знал цену свободе, так как имел уголовный стаж значительно больший чем трудовой. В перерывах за чифирком делился воспоминаниями с благодарными слушателями в лице едва двадцатилетних столяров-станочников еще охочих до такой романтики. Юрий пользовался авторитетом в бригаде, в силу того, что она состояла в значительной степени из поклонников его баек. Волну против дневных вредителей, пользуясь неформальным статусом, поднимал он.

Свободы они все ищут от меня. Раз однажды я вас приютила, обогрела и покормила, то вы уж навек мои. Многих в люди вывела, профессию дала, спросите у многих, где столярному деревянному делу обучались, они и ответят:
- Ну где? Где? Там!
Процентов не считала, но за кадровую подготовку деревообрабатывающая и мебельная отрасли мне очень должны, моя школа суровая, да практическую подготовку дает отменную. Некоторые думают, что именно мне удалось наставить их на путь истинный, хотя какая она - эта Истина, и сама не знаю. Но они пошли своим путем, сделали свой выбор, а это дорогого стоит.
Ох, и леса-то повалено ученичками моими, веточками хвойными обогрето, чайку на костре с дымком заварено, и по кругу в банке пущено, а они все воли ищут, и снова ко мне возвращаются, даже сменив колючие декорации на иллюзию свободы. А здесь что? Вольница? Гуляй не хочу? Тюрьма, да ещё почище будет: из семьи, капитализма, сварливых родственников,соседей и прочих. Мамаши детей своих одергивают и пальцем тычут:
- Вот будешь себя плохо вести - станешь таким же.
Тишину таежную, глухой шепот Вятки променяли на зубоскальство и подхалимство перед новыми фраерами, для которых вы же и образец. Вы и цену-то этой свободе познали благодаря мне. И за что продались, дешевки?
Я видела вас настоящими посреди Сибири, Колымы и других вечно мерзлых мест, первобытными, гордыми, одинокими, благородными, без фальши, которй требуют "цивилизация" и "общество", без двояких мыслей, и желаний о ней, всегда ускользающей сучке. Только инстинкты.
Кто-то уходит и приспосабливается, многие возвращаются и не раз, кто-то ломается здесь и не может уйти, его выталкивают навремя, и снова этапом ко мне. Кого-то давят окончательно, и он уже ни человек, ни животное, ни тут, ни там. Ему не нужна жизнь, а он ей, но сердце бьется и ноги ходят, и есть только притупленные чувства голода и холода. Даже себя не жалко. Такой и этот Юра.

В каждой смене был старший - мастер. В ту ночь быть мастером смены выпало мне. Бус забрал бригаду от памятника героям-пограничникам и повез под Пушкари в цех. Уже по дороге было заметно, что Митин навзводе. От увиденного на производстве, Юра закипел, Только мы с мастером-напарником, продержавшимся свои двенадцать, перекинулись парой слов о задачах наночь, как наши предшественники, дабы не ошпариться, быстро умчались домой, в город. Неистовые брызги-крики доносились из рабочей раздевалки минут десять. Ровно в восемь, компания с которой мне до утра предстояло ковать победу, вышла к станкам, предводительствовал рассказчик нестольотдаленных историй:
- Петрович, сколько эта х..ня будет ещё продолжаться?!
- Юрик, все в порядке, на всё есть причины.
Мной был изложен ряд фактов, объясняющих, с моей колокольни, сложившуюся проблему: днем происходит значительно больше, в том числе и отвлекающих манервов, различных подсобных, погрузочно-разгрузочных работ, к которым привлекается вся лесопилка, следственно смена имеет определенные потери, и потому ночью, в звездной тишине и под стрекот сверчков, необходимо выравнивать ситуацию. Юра молчаливо согласился, но по лицу было видно, что он не остыл. Его температуру и энергию я направил на самый трудный участок, и в полночный перекур обиды казалось иссякли. Но только казалось.
В два ночи жестом останавливаю работу бригады на "обед". Митин всердцах бросает напол доску, которую собирался отправить в станок-двупил, выключает его и восклицает, разведя руками:
- Да нах... мне такая свобода нужна!

Эксперимент с повышением эффективности производительности на предприятии быстро сошел не нет. Какое-то время спустя на лесопилку явился новый персонаж, который признал Юрика по общему запроволочному прошлому и почти с порога заявил:
- Да он же пидор! А Вы ему тут руку подаете.
Новоявленному станочнику разъяснили, что в зад тому никто не заглядывал, и медицинскую комиссию, по прохождению на подобдую должность, такие вопросы тоже не интересовали. Работал себе человек и работал. Юра за пару дней угас как товарищ по ударному труду, а вскоре и вовсе пропал. Говорили, что бомжевал, ночевал по теплотрассам. Видно так искал свою свободу... Больше я его
не видел.

Не приняла я его обратно. Это не в моей компетенции. Мы сущности маленькие и имеем влияние только на явный мир, светлый. Юра из него выскочил, и его подхватили силы Иные. Иногда мы готовы сплотиться ради кого-то, и вступить в борьбу, у нас колоссальная поддержка, безграничные возможности, мы пронизываем и отслеживаем абсолютно все. Но для оказания такой помощи необходим обратный импульс - беззвучный, безмолвный, неосознаваемый, энергетический SOS, желание жить, чувствовать, любить, да, хотя бы только себя, а это и есть та волна, сигнал для нас кинуться в бой за это живое или существующее. От Юры он не последовал, нам была дана отмашка ничего не предпринимать, мы вынуждены были подчиниться, и молча наблюдали его исход в темную непроницаемую бездну, откуда возврата уж точно нет. Некоторые плакали... без слез...

Заселились с земляком в снятую для нас комнату в Кронштадте, и два выходных дня отдыхали
с дороги. Погода была отменная, ходили загорать на Финский залив, я даже вечером чувствовал приятную теплоту по телу, подаренную солнцем. Приехал на север и сгорел. В воскресенье легли пораньше спать, в ожидании новых свершений.
В понедельник утром заехали в Питер и заранее явились в офис. Кирилл поприветствовал нас,
и попросил ожидать девяти часов. Ровно в девять он объявил:
- Круг, господа!
Два парня и две девушки сели за составленные буквой «П» столы, нам, новеньким, тоже было предложено занять места здесь же, а Кирилл устроился за двумя длинными столами, которые замыкали пробел в букве, но стояли отдельно, наверное, поэтому «круг», хотя и разорванный.
- Еще раз доброе утро, господа, - излучал накопленную за выходные энергию парень. Раздались хлопки в ответ на его приветствие, аплодировал и он сам, мы двое, немного смутившись, тоже поддались общей игре. В чужой монастырь…
- Как видите, господа, у нас сегодня присутствуют два новых человека, это два потенциальных члена нашей команды, прошедших конкурс резюме и приехавших из синеокой Белоруссии, мы должны познакомиться, ввести их в курс наших правил, и если мы обоюдно друг другу подходим, принять их в круг. Для начала знакомство, пусть менеджеры по-очереди представятся, кандидатов же попросим по одному встать и рассказать о себе, что они считают необходимым на данный момент. Начнем
с Вас, господин Кумакин.
- Кумакин Сергей. Маркетинг-менеджер, – поздоровался паренек лет девятнадцати, невысокого роста, без каких-либо физических особенностей запоминающихся с первого взгляда.
- Мизандаров Артем, маркетинг-менеджер - вторым шел юноша тоже лет двадцати, с едва уловимыми восточными чертами, ниже среднего роста, черные волосы, стремящиеся быть длинными, глаза, сразу непонятно, вглядевшись…косят, причем сильно, из-под облегающей футболки, бросающийся, но еще невыдающийся рельеф бицепсов…явно зал, хотя и животик есть.
- Ситкова Дарья, маркетинг-менеджер, - она здесь еще и солнышком, наверное, работает. Возраст тот же, чуть повыше парней, волосы светлые в «хвост», бледновата, круглые щеки, прочие округлости, такая слегка утяжеленная стройность, глаза…еще детские.
- Каминская Мария, старший маркетинг-менеджер, - мадмуазель-кошка, такая знает чего хочет, точно…маникюр налеплен нереальный, аж загибающийся, не хотел бы я побывать в таких когтиках, глаза для хитрости можно было и не подводить…она в них природная,
короткая стрижка, попугаячий хвостик, по-мальчишечьи спортивна, невысока.
- И я – Орленко Кирилл, заместитель маркетинг-директора, - этот высокий, худой, львиная шевелюра, на улице встретил бы – хип-хопник-хип-хопником, а не замдиректора.
- Теперь Ваша очередь, господа. Кто первый? – попросил он.
Первым вызвался Дима из города БелАЗов, худой, невысокий, непонятная, но открытая улыбка,
я его за два дня проживания вместе, так и не раскусил. Много двойственности, неопределенности, вроде скрытен. Говорил уверенно, почти не волнуясь.
Настала моя очередь, нервничал, но видел в лицах понимание, сел на место с облегчением. Состояние привез с собой не лучшее, хотя всегда в таких ситуациях спокойным не был.
- Отлично. Какие вопросы у менеджеров к кандидатам?
Последовало несколько общих: опыт продаж, почему снялись с насиженного места, чего ожидаем
от Питера, от новой компании и прочая дребедень на минут пять.
- Ну, раз вопросы закончились, перейдем к следующему важному пункту на повестке дня. В любой организации есть законы, по которым она живёт, - продолжил Орленко, - и у нас существует два документа, прописывающих принципы нашей деятельности. Называются они - Концепция и Конституция. Сейчас менеджеры будут зачитывать их по пунктам, давать свои пояснения, кое-что добавлю
и я от себя. Вы же записывайте возникающие вопросы, а после прочтения обоих текстов сможете их задать. И самое главное: дадите ответ – принимаете Вы эти пункты и готовы ли по ним работать. Итак, господин Кумакин, начнём с Вас, первый пункт Концепции.
- Признание хорошо выполненной работы является неотъемлемой составляю…, - затянул тот.
- Стоп! Еще раз сначала, с улыбкой, с позитивом, - прервал чтение замдиректора.
- Признание хорошо выполненной работы, - заново, натужно бодрее стал читать паренек, - является неотъемлемой составляющей философии нашей компании. Маркетинг-менеджер работает не для «галочки», он стремится к личному и карьерному росту. Руководство компании понимает, что рост благосостояния компании начинается с улучшения благосостояния её работников, и создаёт все возможности для этого.
- Хорошо, теперь поясните, как Вы понимаете прочитаное, - попросил Кирилл.
- Ну, это, менеджеры работают не для «галочки», а для денег, и руководство создаёт для этого все условия. Вот.
- Еще можете что-нибудь добавить? – поинтересовался зам.
В ответ ему помотали головой.
- Тогда поясню сам. – И как тысячу раз произносившееся, сказал следующее. – Мы приходим сюда
не для того, чтобы отсидеть восемь часов, и пойти домой, а для достижения результата, в первую очередь финансового. Рост в кармане открывает горизонты для личностного и карьерного развития, эти две вещи взаимосвязаны. Статики не бывает, либо движение вверх и вперед, либо вниз и назад. Основа развития любого бизнеса – развитие его человеческого потенциала, матчасть второстепенна, главное – люди. Успех бизнеса – это его успешные участники. И не иначе. Господин Мизандаров, читайте второй пункт.
- Маркетинг-менеджеру полностью известны и он разделяет видение и целевые установки его компании. Ему понятны цели и перспективы реализуемого проекта. Маркетинг-менеджер может получить ответ на любой Бизнес вопрос соответствующего проекта.
- Раскройте свое понимание по этому поводу, - попросил господин Орленко.
- Для того чтобы двигаться в правильном направлении и достигать результатов, менеджер должен четко понимать цели данного бизнеса, команды, в которой он работает и следовать им, - пояснил менеджер.
- Верно, мы все обязаны стремиться к единой цели, подчинять наши личные интересы в деле общему результату. Это как в басне про щуку, рака и лебедя, где каждый преследовал свои интересы,
и в итоге задача, стоявшая перед тройкой, не была решена. Наша цель – этот воз с деньгами. Заработок в компании построен так, что по итогам коллективных достижений, каждому менеджеру, даже с самыми низкими показателями, полагается премия, увеличивающая доход вразы, но на этом мы остановимся подробнее чуть позже. Госпожа Ситкова, третий пункт, пожалуйста.
- Маркетинг-менеджер имеет абсолютную уверенность в качестве реализуемой продукции и предоставляемых услуг. Потому как все этапы, от заказа до получения результата, находятся
под нашим контролем и прописаны в системе, - четко и уверенно отчитал девичий голос.
- У Вас есть такая уверенность? - выслушав, отозвался Орленко.
- Естественно. Мы занимаемся продажами. Люди совершают покупку только понимая пользу и выгоду от приобретаемого товара, наша задача разъяснить им это, и вселить в них абсолютную уверенность в целесообразности приобретения, а сделать это мы можем, если сами не имеем никаких сомнений на предмет нашего предложения.
- Правильно, сомнения враги наши – гоните их, - не смог удержаться от дополнения зам. – Еще
что-нибудь?
- Все, - ответила прерванная девушка.
- От себя добавлю, что мы не рекламное агентство, а рекламно-производственная компания, и весь цикл работ выполняется нами самостоятельно: от продажи и заключения договора, разработки
дизайн-макета, печати продукции, до размещения и контроля за состоянием рекламы в течении срока, заказанного клиентом. Под нашим неусыпным контролем находятся все звенья процесса,
мы не перекладываем ответственность на каких-то посредников, субподрядчиков, а все фактически делаем сами. Госпожа Каминская, читайте следующий, - под конец обратился он к старшему менеджеру.
- Маркетинг-менеджер – член команды, мы все в одной «лодке», а это значит: решение личных ситуаций также не остается за бортом. В случае необходимости Маркетинг-менеджер получает соучастие компании в ее решении. В свою очередь Маркетинг-менеджер на 101% разделяет и соблюдает пункты Концепции и Конституции, а также делает все для общего результата, - заметно, что она самый опытный здесь человек, читает не с небрежностью видавшего виды воина продаж,
а с нарочитой деловитостью, всем своим видом показывая важность происходящего.
- Прошу, - не заставил себя ждать глава круга.
- Сравнение с лодкой здесь неслучайно, когда один в ней сидящий, начинает ее раскачивать, все остальные хватаются за борта, чтобы удержаться. Очень важна согласованность действий, чтобы плыть ровно и уверенно. Это как в спорте : команда сильна настолько – насколько слаб самый слабый ее участник. Один за всех и все за одного. Каждый выкладывается на все сто, и подчиняет себя общим целям, и все вместе, по мере необходимости, идут навстречу и вытягивают одного. Например, если у кого-то из менеджеров сложилась личная ситуация, и ему важно отлучится на какое-то время, а у него есть назначенные звонки и тем более встречи с клиентами, то кто-то другой берет на себя выполнение этих функций, в свою очередь, при возникновении, требующих незамедлительного решения, групповых задач, каждый в отдельности жертвует, в некоторой степени, личными интересами и временем для общего блага, - разложила все по полочкам Каминская.
- Отлично, - остался доволен Орленко, - пятый пункт, господин Кумакин.
- Маркетинг-менеджеру полностью понятна…, - опять с явно забытым дома энтузиазмом принялся было за чтение паренек.
- Дальше таким голосом будете читать за сто рублей, - осек его зам, - плюс еще сто
за отсутствие улыбки. Вам понятно? Сначала.
- Маркетинг-менеджеру полностью понятна и открыта таблица заработков и премий, - насколько смог исправился юноша.
- Вам она понятна? Сможете рассказать? – поинтересовался Орленко.
- Попытаюсь, - выдавил из себя улыбку тот. - Каждый из продаваемых нами продуктов,
в зависимости от формата, имеет изначальную расценку. Например, за базовый предлагаемый пакет, включающий пятьсот черно-белых листовок размером в половину А4, с размещением на столбах вдоль выбранных клиентом магистралей, или на досках объявлений ТСЖ, перед парадными и прочим, по указанным заказчиком улицам, маркетинг-менеджер получает единовременно пятьсот рублей. Для заказчика такой пакет обходится в пять тысяч рублей. При закрытии подгруппой, а наша команда делится на две – господина Орленко и госпожи Каминской, пятидесяти процентов всех предлагаемых площадей, каждый менеджер кладет себе в копилку еще по тысяче за каждый проданный пакет, и при закрытии площадей на сто процентов - еще по полторы тысячи, т.е. при условии заполнения всех рекламоносителей, с продажи одного базового пакета можно поиметь три тысячи. На данный момент
у нас накону, при стопроцентном закрытии максимальным форматом, один миллион двести сорок три тысячи семьсот двадцать пять рублей. Эта цифра не является потолком, как только команда сможет закрывать больше, количество площадей, а соответственно и эта сумма будут увеличиваться. Цены пакетов в зависимости от формата прописаны в прайс-листе. Вот кажется и все.
- А про директорскую премию? Забыли? – полюбопытствовал замдиректора.
- Ах, да, лидер продаж, т.е. тот кто заработал самую большую сумму, но не менее пятидесяти тысяч, и при условии заполнения всех носителей, получает директорский бонус в пятьдесят тысяч рублей, - быстро поправился господин Кумакин.
- Хорошо, скажите, вот Вы продали двадцать базовых пакетов, стали лидером продаж, и мы закрыли все полностью. Сколько Вы в итоге получите? – с прищуром глядя, спросил Орленко.
- Сто десять тысяч! – оживился впервые за все это время юноша.
- Молодец! Давно бы так! Начинайте зарабатывать, а не спать, - вторил его тону Кирилл.
- Кандидатам с этим пунктом все ясно? – обратился он уже к нам двоим. – Это очень важно,
в данной схеме основа Вашего благополучия.
Мы оба закивали, мол, все понятно.
- Хорошо, потом проверим, порешаем задачки из Ваших будущих доходов. Теперь идем дальше, господин Мизандаров, Ваша очередь.
- Команда проводит регулярные и честные оценки своей работы. Оценивается не человек, а его действия и результаты.
- И сразу следующий пункт.
- Критериями оценки служат выполнение пунктов «Конституции» и результат, - продолжил менеджер.
- Так, а это что за оценки такие, расскажите.
- Ежедневно, в конце дня подводятся итоги проделанной работы, которые выражаются в цифрах, сделанных звонков, продаж и так далее, иногда перед обедом подбиваются промежуточные результаты. В этом кругу не имеют значения качества человека, его пол, возраст, цвет кожи, главное – действия и результат.
- Как говорит наш директор, господин Цхой: «Не говори мне, что ты делал, а расскажи, что ты сделал», - вставил Орленко. - Только действия и результат, которые наполняют Ваш карман,
и не иначе, господа. Вы можете целый день ничего не делать, а в вечернем кругу доложить
о продаже, и будет Вам респект и уважуха. Заканчивайте с Концепцией, госпожа Ситкова.
- Восьмой пункт. Карьерный рост и заработок Маркетинг-менеджера не ограничены. Время и темпы своего прогресса Маркетинг-менеджер определяет для себя сам.
- Это как? Что вообще не ограничены?
- В этом кругу не имеет значения: кто сколько в нем пробыл, если ты только пришел, и сразу стал показывать лучший результат, то незамедлительно станешь продвигаться по карьерной лестнице, сначала на позицию старшего маркетинг-менеджера, затем замдиректора и директора филиала, наша компания открыта для других проектов и иных
видов бизнеса. Даже текущий проект имеет потенциал развития, как в Питере, так и в других городах. Про возможности роста заработка уже говорилось, как только мы сможем регулярно закрывать все имеющиеся на данный момент площади, их количество, а значит и возможная сумма моментально увеличится.
- Отлично, перейдем скорее к Конституции, которая, господа кандидаты, - обратился он к нам, - является нашим, так сказать, сводом законов, при нарушении которых предусмотрены некоторые санкции. Итак, госпожа Каминская, первых два пункта.
- Пункт первый. Шеф всегда прав. Пункт второй. Если шеф не прав, смотри пункт первый. У шефа больше опыта и знаний в данном проекте. Основа карьерного роста – результат и дисциплина. Тот, кто выше по субординации, достиг этого вследствие выполнения этих условий.
- М-м, а это что за самодурство такое? Кстати, к сведению новых людей, шефами для менеджеров
в этом кругу являются, старший маркетинг-менеджер госпожа Каминская,
я – заместитель маркетинг-директора, маркетинг-директор господин Цхой и генеральный директор госпожа Сидорова. Неужели по указанию каждого из них, в том числе Вас и меня, менеджеры должны биться головой о стену? Поясните.
- Все без фанатизма, конечно. Во-первых, шефы имеют больше опыта в реализации этого проекта и
в продажах вообще, что немало важно, их позиция позволяет рассматривать как каждую складывающуюся ситуацию, так и все бизнес-процессы, происходящие в компании, вцелом. Это даёт возможность не зарываться в мелочах и предвидеть, и если можно так сказать, предчувствовать, как нужно поступить в тот или иной момент, чтобы избежать трудностей и осложнений в работе,
а в случае наступления таковых, как быстрее и с меньшими потерями разрешить их. Менеджеры,
в особенности новые, сосредоточены на задачах более частного порядка, что облегчает им обучение, первые шаги в компании, по мере приобретения опыта количество функций будет добавляться, но главной остаются продажи. Когда менеджер приподнимается над частностями
и успешно продает, то он становится старшим, - госпожа Каминская улыбнулась, - и заняв эту позицию, идет все дальше и дальше.
- Просто песня, - развел руками господин Орленко, - дальше и дальше, господин Кумакин, следующий пункт как раз про Вас.
- Маркетинг-менеджер всегда в хорошем настроении, - начал тот почти радостно, - улыбка неизменный атрибут, маркетинг-менеджер позитивен. Наша жизнь – плод мыслей, которые мы посеяли и лелеем. Если мы хотим собрать лучший урожай, мы должны посеять лучшие мысли. Для достижения лучших результатов мы должны мыслить позитивно и смело, создавать в мозгу оптимальные образы, говорить себе только хорошее.
- Наконец-то Вы проснулись и соответствуете образу менеджера достойного этого круга.
Так зачем постоянно улыбаться? Здесь что – идиоты собрались? Как это понимать?
- Мы занимаемся телефонными продажами, и никогда не знаем в каком настроении и расположении духа те, кому мы звоним, и тем более, тот человек не знает нас и не ожидает звонка, и наврядли собирается что-либо покупать. А тут, раз, и вторгаются в его мысли, рабочий день, и начинают предлагать. И если делать это занудным голосом, с нулевым, не говоря уже о минусовом настрое, клиент явно не захочет даже выслушать пару слов, отравлять себе день таким разговором. Улыбку же и позитив слышно в трубке, это располагает, дает возможность передать их человеку, если он не в настроении. От улыбающегося человека не исходит никакой угрозы, от него не ожидают неприятностей и какого-либо зла, наоборот, пробуждается интерес к говорящему и тому, о чем он говорит. Это чисто человеческий фактор. И только в таком случае общение и продажа могут состояться, - удивил всех, еще недавно вялый парень.
- Улыбка – начало всего,- не удержался Орленко. - Многие думают: «Вот когда у меня будет много денег, тогда всегда будет хорошее настроение». Ничего подобного! Сначала улыбка, потом деньги. Формула проста – улыбка равно лавандос. И только так. И касается это не только работы и бизнеса, а жизни вообще. Улыбка сближает, помогает наладить контакт, открывает двери.
Как в детской песне : «От улыбки станет всем светлей!».
И самое главное: улыбка внешнее проявление того, что происходит в вашей голове. Наши мысли материальны. Все происходящее с нами, формируется в голове. Все в голове. События реальности уже следствия того, что мы думали, воображали, о чем мечтали. Какой кошелек Вы себе представите, таким он и будет. Какими образами будущего Вы живете, таким оно и придет. Включайте воображение, смелее мечтайте, даже если не удастся перескочить намеченную планку,
Вы уже оторветесь от того, что есть, что не устраивает. Важно сдвинуться с места. Как-то так, господа. Идем дальше, четвертый, господин Мизандаров.
- Для Маркетинг-менеджера нет «проблем», а есть «ситуации», к которым он подходит со стороны разрешения, а не усугубления.
- Почему ситуации, а не проблемы?
- Проблема – плохое слово. Оно не дает нам двигаться дальше, останавливает, зацикливает
на чем-то. Уже само по себе носит негативный оттенок, настраивает отрицательно.
- Верно, «проблема» - это нечто замкнутое, а «ситуация» - открытое и вариативное, как кубик Рубика – крути-верти как хошь, и обязательно соберешь. Из любой ситуации, рабочей ли, жизненной есть выход. Как говорится : «Даже если Вас съели – у Вас два выхода». Вы часто слышите от друзей и знакомых : «У меня проблема!». И кроме слов, никаких действий. Желаю Вам по-больше ситуаций, которые бы Вас побуждали к движению вперед, их преодоление – Ваш ценнейший опыт, позволяющий щелкать возникающие перед Вами, - замдиректора развел в стороны руки, и одновременно два раза согнул указательный и средний палец на обеих (где-то я уже видел этот жест), - проблемы, и в дальнейшем избегать их. Госпожа Ситкова.
- Пятый пункт. Маркетинг-менеджер никогда не оправдывается. Какими бы «уважительными»
не казались оправдания, если пойти у них на поводу, можно потерять возможность извлечь максимальный урок из сложившейся ситуации. Маркетинг-менеджер смотрит на все с позиции личной ответственности, находя при этом, что полезное несет внешне неблагоприятная ситуация.
- Вы никогда не оправдываетесь?
- Стараюсь…по крайней мере, - как нашкодивший ребенок опустило глаза солнышко круга.
- Почему? Что в этом плохого?
- Оправдание – это такая хитрость, в ловушку которой мы сами и попадаем. Оправдываясь человек уходит от первопричины, находя причины второстепенные, соответственно суть ситуации, в которой он оказался, остается в стороне, нерешенной. Таким образом мы вредим сами себе, накапливая груз пр …, - девушка как бы извиняясь улыбнулась, - чуть не сказала нехорошее слово. Груз вобщем.
- Правильно, не надо обманывать самих себя. Этот обман обязательно вернется к вам же уже более сложной ситуацией, а может и двумя или более. Только честность перед собой и личная ответственность за свои слова и поступки поведут Вас верной дорогой к тому возу, про который
я уже говорил. Госпожа Каминская, прошу Вас.
- Шестой. Маркетинг-менеджер всегда опрятен и вежлив, деловой офисный стиль в рабочее время, взаимоуважение в кругу, мат неприемлем, алкоголь и наркотики запрещены. - И сразу перешла
к разъяснению. - Ну, тут все предельно просто, внешний вид, адекватное состояние. Остановлюсь на взаимоуважении. В кругу существует правило: говорит только один, если кто-то хочет высказаться, то поднимает ручку, и получает такую возможность. Здесь не базар, и устраивать галдеж не к чему. И еще два момента для кандидатов, - она посмотрела на нас, - как Вы уже заметили мы обращаемся друг к другу по фамилии через господин-госпожа. Это не выпендреж,
а устроено с целью исключить личные взаимоотношения в рабочее время. За пределами офиса,
да, Саши-Маши, пожалуйста. Здесь же мы должны концентрироваться исключительно на вопросах бизнеса и зарабатывания денег. «Ничего личного – только бизнес». Второй момент – аплодисменты. Вы видели, что круг начался с них, ими же и закончится. Также аплодисментами мы встречаем все позитивные изменения происходящие в офисе: продажи, подписания договоров, заход денег на счет, получение зп, приобретенные платные уроки и так далее. Таким же образом мы встречаем и провожаем директоров – господина Цхоя и госпожу Сидорову, что тоже делается не для возвышения их до роли небожителей, а носит прикладной характер. Например, в момент их появления на пороге, Вы ведете разговор с клиентом по телефону, Вам куда удобнее прижать трубку плечом и похлопать, чем вставать и подходить, чтобы поздороваться за руку, отрываться от записей, просить подождать и так далее. Точно также, когда шеф уходит, а Вы заняты переговорами, общие аплодисменты говорят ему, что ни у кого вопросов нет, в обратном случае, следует поднять руку, чтобы он задержался. Вот примерно и все по этому пункту.
- Для себя уточню у новых людей, - Орленко посмотрел на нас. - Надеюсь никаких вариантов
с бухать, пыхать и…, - он коснулся указательным пальцем ноздри, - у Вас не присутствует.
В ответ мы, улыбаясь, отрицательно помотали головой.
- Господин Кумакин.
- Седьмой. Маркетинг-менеджер каждый день все планирует письменно. Планирование – залог успеха. Нет неудачников, есть люди не умеющие планировать.
- Что скажете?
- Наша память, мягко говоря, несовершенна, потому план на день составляется в письменном виде, чтобы он всегда был перед глазами, и в течении дня ничего нельзя было упустить из намеченного. В него мы пишем сколько хотим продать, какое количество звонков должны совершить, разного рода указания шефа, которым необходимо будет уделить внимание. Также отдельным списком ведутся отложенные звонки, заводится папка, куда на каждый последующий день вносятся перенесенные разговоры с прошлого дня, недели, месяца. Наступает такой день и мы звоним по этим клиентам.
- Именно так, - разрезал воздух указательным пальцем замдиректора, - добавлю, что планированием стоит заниматься не только на работе, но и по жизни вообще, в том числе, нужно иметь такой письменный план, возможно у себя в ежедневнике, где запланирован заработок на неделю, месяц, год, продуман летний отдых, покупки, встречи, личная жизнь. Это послужит Вам постоянным напоминанием, и Вы никогда не забудете к чему стремитесь. Господин Мизандаров, читайте следующий.
- Маркетинг-менеджер никогда не опаздывает.
- О, как это про Вас. Когда мы, наконец, перестанем аплодировать Вашему запоздалому появлению
в офисе? Почему нельзя опаздывать?
- Мы не должны опаздывать утром, с обеда, совершать назначенные звонки, потому что это нарушает наши планы, мешает зарабатывать.
- Не только Ваши, господин Мизандаров, общие. К примеру, Вы опоздали с назначенным звонком, человек нужный Вам уже ушел, продажа не совершилась, и мы все вместе не закрыли наши площади
на сто процентов, и Вы не даете заработать премиальные всему кругу. Вы динамите всех
на значительные бабки. Понимаете, о чем я говорю? Ваши опоздания поутрам задерживают работу
с техслужбой, нарушают планы всем. – Чувствовалось, что Кирилл разгоняется. - Ваши оправдания не соответствуют Конституции, с завтрашнего дня, за Ваши опоздания, мы включаем веник.
Я все сказал. Госпожа Ситкова, дальше.
- Девятый. Взаимопомощь и взаимовыручка в кругу. Общий успех зависит от успеха каждого, и успех каждого зависит от общего успеха.
- Зачем?
- Уже говорилось, что мы в одной «лодке», и это ведет к достижению общих результатов.
Так построена наша система заработков и премий. Потому необходимо все делать сообща, быть взаимозаменяемыми, подставлять плечо. Таким образом помощь оказывается не одному, а всей команде. Менеджеры должны владеть рядом сопутствующих продажам навыков, например, работы
с техслужбой, и если у одного назначен звонок клиенту во время таковой, его подменяет другой.
- Примерно так. Госпожа Каминская.
- Десятый. Информация, полученная в кругу, остается только в кругу. Все наработки, вся клиентская база являются собственностью компании Адвертия-Бург, и не могут быть использованы без разрешения руководства. Каждый Маркетинг-менеджер подписывает Конфиденциальное соглашение
о неразглашении информации, полученной в кругу. Все записи и заметки, которые делаются
в рабочее время, не выносятся за пределы офиса.
- Что за секретность такая? Как в ФСБ, - наиграно удивился Кирилл.
- Здесь три важных момента. Существует понятие коммерческой тайны, потому все вопросы текущего проекта и планы на будущее компании, обсуждаемые в кругу, не должны доходить до посторонних ушей. Второе касается наших записей и клиентской базы. Каждый менеджер нарабатывает свою базу месяцами и годами, и тупо утерять ее, не есть разумно, а такой случай у нас уже был, когда менеджер взяла с собой папку, которую вместе с сумкой украли. Восстанавливать такие вещи нелегко и долго. И последнее касается личной безопасности. В день зарплаты, когда сидящие
в кругу, несут домой определенные суммы, нежелательно чтобы об этом знали личности
в подворотне. Вот поэтому наша информация только для нас.
- Без комментариев, - сказал Орленко, всем своим видом показывая удовлетворенность
от сказанного старшим менеджером. - Господин Кумакин, два следующих пункта.
- «Веник» и «Антивеник».
- А это что такое?
- Это образное название коллективной ответственности. Веник, потому что метет всех вместе. Сегодня уже упоминался этот принцип. Например, кто-то постоянно опаздывает, и приобретает платные уроки по этому поводу за сто рублей, но исправится ему, это
не способствует. Тогда включается веник, и штраф себе записывает каждый участник круга, приобретая мотивацию оказать помощь виновнику, хотя бы позвонить ему сутра, чтобы он смог вовремя добраться до работы.
- Или устроить ему темную, что тоже эффективно, - вставил замдиректора.
- Вобщем один за всех и все за одного. «Антивеник» - это коллективная амнистия. Можно пояснить на том же примере о любителе поспать, который постоянно опаздывает, нарушает и другие пункты Конституции, грубит шефам, неопрятен и так далее, но в один прекрасный момент продает, и своей продажей на сто процентов закрывает наши площади, делая тем самым красиво для всех. Вот тогда ему и списываются все проступки. Когда всем хорошо – одному плохо не бывает, - подытожил менеджер.
- Да, именно так, - согласился Орленко, - господин Мизандаров, продолжайте.
- Тринадцатый. Маркетинг-менеджер имеет цель стать маркетинг-директором.
- Зачем?
- Ну, каждый солдат должен мечтать стать генералом.
- Не мечтать, господин Мизандаров, а ставить перед собой цель и планомерно, ежедневно приближаться к ней. Как я уже говорил: статики не бывает, либо рост, либо падение. Вы такую цель имеете?
- К-конечно, - немного помявшись, ответил менеджер.
- Когда?
На некоторое время повисло молчание, было видно, что в голове господина Мизандарова, происходит неимоверная интеллектуальная деятельность.
- Через…полгода, - наконец выдавил он.
- А конкретней? Дата?
Снова молчание. Менеджер обернувшись всматривался в календарь на стене.
- Первого…февраля следующего года, - последовал ответ.
- Хорошо, я себе это помечу, - стал что-то записывать шеф в ежедневник. – Но Вы понимаете всю ответственность за свои слова?
- Да, естественно, - потупился паренек.
- Хорошо. Первого февраля, так первого февраля. Пойдем дальше…госпожа Ситкова.
- За нарушение пунктов «Конституции» предусмотрен штраф – сто рублей. Из штрафов формируется штрафная касса, которая достается лучшему по итогам работы.
- Что за жесть такая? По сто рублей за пункт? Просто офигеть.- Лукаво возмутился зам.
- Да, нарушив один из пунктов, менеджер, под общие аплодисменты, подходит к позитивной тетради, и записывается. Еженедельно, в день выплаты зарплаты, штрафные суммы складываются на директорском столе, и все забирает тот, кто стал лидером по выплатам за этот срок, даже если
он больше всех накосячил, и записывался чаще других. Деньги к деньгам. Все справедливо. Эти деньги не уходят куда-то в фонд мира, а достаются лучшему по продажам.
- Замечательно. Заканчивайте с Конституцией, госпожа Каминская.
- Пятнадцатый пункт. Весь прогресс человечества строится на том, что люди учатся на ошибках. Штраф – плата за урок, который маркетинг-менеджер приобретает с удовольствием и улыбкой☺
- Мазохизм какой-то. Отдаешь бабки и улыбаешься. Жуть. – Поерничал Орленко.
- Ничего подобного. Бесплатно только сыр в мышеловке. За все в жизни приходится платить. Штрафы – это помощь человеку, в формировании его как успешной и состоятельной личности. И сто рублей – это очень низкая цена за приобретаемую им выгоду. Потому только с удовольствием и улыбкой
к личному успеху и благосостоянию.
- Не иначе, - засиял замдиректора. - Господа кандидаты, какие у Вас появились вопросы
по поводу услышанного?
Мы по-очереди ответили, что никаких.
- Тогда позвольте Вас спросить, согласны ли Вы с этими пунктами, и готовы ли по ним работать и зарабатывать.
От нас обоих последовал утвердительный ответ.
- Что ж, я рад, попросим Вас удалиться на пару минут. Кругу необходимо проголосовать за ваше принятие. Вас позовут.
Мы вышли за дверь.
- Прикольная контора. Концепция. Конституция. Государство в государстве. – Высказался Дима.
Смахивает на секту и армию с ее Уставом, во попали, подумал я про себя, но вслух произнес:
- Интересно, что будет дальше.
Нас позвали и пригласили на свои места.
- Мы детально обсудили Ваши кандидатуры, каждый имел возможность высказать свое мнение, - начал господин Орленко. – Все понимают, какую ответственность берут на себя, приглашая в круг новых людей, потому что с ними нам зарабатывать и развиваться, и подходят нам далеко не все. Это очень важный момент. Через нашу компанию за три года пошла масса людей, из тех кого мы принимали, кто-то сливался через день, кто-то задерживался надолго, имел успех в продажах, прилично зарабатывал, но по каким-то причинам уходил, не все покидали нас по своей воле, бывало и такое. Разглядеть
с первого взгляда, с короткого представления, человека нужного нам довольно сложно. Бывает так, что один начинает показывать результат через неделю, другой через месяц,
то есть определенное время необходимо. Но все же общее представление о человеке может сложиться сразу, тем более что каждый менеджер подмечает в кандидате что-то свое, и картина складывается коллегиально. Потому хочу довести до Вашего сведения, что Вы … приняты в круг. Единогласно. Аплодисменты господам. – Замдиректора выставил вперед левую руку, и со взмахом из-за головы правой, начал хлопать, его поддержали с улыбкой все остальные, мы двое, тоже поприветствовали самих себя в новом качестве офисных гастарбайтеров.

Hello, you know me. I’m Advertia. It’s me...Гм, sorry, Вы же читаете по-русски. Мня зовут Адвертия. Это я стою щитами вдоль дорог, по которым Вы ежедневно добираетесь на работу и назад домой, агитирую Вас между песнями из автомагнитолы, приглашаю над входом в магазин, стоматологическую поликлинику или школу, переливаюсь огнями в Лас-Вегасе и поселке Октябрьский с наступлением темноты, попадаю к Вам в жильё вместе с газетами из почтового ящика.
Это я врываюсь бодрыми голосами в Вашу квартиру с телеэкрана, мешая смотреть любимую передачу, а Вы меня терпите, потому что вынуждены, т.к. не в силах повлиять на то, что будут показывать, а я могу, и чем больше будет меня, тем интереснее будет Вам, это очень взаимосвязанные процессы. Я проникла в Ваше окружение, на Вашу территорию, в Ваш дом - «Ideas for life»,
в холодильник – «Беспокоит легкий голод?», в ванную – «Хотите чтобы кожа была нежная и бархатистая?», а «Зубы белыми и сияющими?», и даже в постель – «Как удивить женщину?». Залезла к Вам в карман в прямом и переносном смыслах: уж не ориджинал ли стронг тейст там у Вас,
а «Ваши ресницы станут больше!», а сколько вы на меня тратите- «Экономия больше чем в три раза!», я Ваша неизменная любовница, спутница и советчица. Я всегда рядом, чтобы подсказать, шепнуть ласково «хочу», «именно это», «нет, возьми другое». Но я не просительница, сторонняя наблюдательница, воспитательница держащая Вас за руку. Я ЧАСТЬ ВАС. Я прихожу к Вам на помощь из Вашей же подкорки, подсознания, Эго, формирую Ваш вкус, стиль, и Вы же нередко становитесь моим проводником, глашатаем, носителем. Вы – это я, а я – это Вы.
Вы уже не замечаете меня как свой запах, любимые безделушки, сигареты в кармане, помаду
на губах. Для Вас я просто есть.
Допустим на миг, что меня не стало. Вы пришли в магазин за кефиром, на полках в одинаковых упаковках с надписью только «КЕФИР», но по отличающейся цене, стоит РАЗНЫЙ кефир. Это все, что Вы знаете. Чем один лучше другого? За что Вам платить дороже? Что я в итоге получу? Какая
от этого польза и выгода? Хотя просто слово «КЕФИР» на бутылке – это тоже я.
Вы погружены в меня, а я растворилась в Вас. Я Ваша общая подруга, и не оставлю Вас в одиночестве, Вы познакомитесь через меня, и станете добрыми верными друзьями, найдете общий язык и массу точек соприкосновения, предметов для общения. Вы будете благодарны мне за это и полюбите меня.
Одно моё слово или образ могут изменить жизнь миллионов. Я превращаю Вас в стадо? Нет, я веду Вас к сказке, мечте. Я легенда Вашего завтра, Ваша путеводная звезда. Матрица в которую Вы все загружены.
Я многих раздражаю, некоторые считают меня навязчивой, прилипалой, наглой, самоуверенной, эгоисткой, задирой. Часто слышу: «Оставь нас в покое!». «Не дождетесь!» - мой Вам ответ.
Я не позволю вам оставаться одним, прозябать в этом болоте окружающей серости. Я раскрашу Ваши будни, укажу кратчайший путь в праздник и на карнавал. От Вас взамен я не требую абсолютно ничего. Только веры. В себя. В своё яркое будущее. Уже скорое. Уже наступившее. Вас еще держит всеобщее брюзжание и стон – станьте глухими. Вы кругом замечаете грязь – будьте слепыми. Вас преследует вонь – затоите дыхание. Вы дрожите от холода – не кутайтесь, все равно одним Вам будет зябко, прийдите к нам, ко мне. Рассмотрите, что я Вам предлагаю.
Я не продаю, это делают другие. Меня называют «двигателем торговли». Она моя сестра,
и я не могу отказать ей в помощи. Мы делаем людей богаче, а значит и счастливее. Они поверили нам, за что получили зависть и презрение большинства, которое считает, что на них смотрят свысока, из-за тонированных стекол. Но они вместе и со мной, а Вы порознь, злы и в поисках жертвы.
Потому я буду приставать к Вам с флаерами и листовками у метро и на улицах, накапливаться в электронных и почтовых ящих, я буду вездесущим за Вами спамом, я стану Вашей тенью, Вы будете спотыкаться и падать, пока не протяните руку и не возьмете, иначе…я мстительна. Ваша серость станет чернотой. В Вашей жизни никогда не будет света.
Вы не умеете мечтать и хронически больны отсутствием воображения. Вас, русских, не балует климат и обилие солнца, Вы сосредоточены на выживании, скованы инстинктами. Сны же воплощаются на пляжах среди пальм. Посмотрите на меня – устройте себе сеанс цветотерапии – я не бываю тусклой, прислушайтесь к моим голосам, их интонациям и иронии – они не бывают подавленными,
а всегда жизнерадостны, приобщитесь к моим запахам – создайте себе цветочное, ванильное, мускатное настроение.
Я доступна для каждого. Я ничего не стою. За все уже уплачено теми, кто продает. Я не прошу и не требую покупать. Просто обратите внимание, примерьте, создайте свой образ.
И он осуществится и воплотится. Только поверьте. Я – не обман, не фикция и не иллюзия.
Я – слегка переработанная, подправленная компьютерной графикой реальность, иногда глянцевая
с блеском – это издержки технологий. Начните с малого: нанесите на свой прогрунтованный, грубый, пускай и дешевый холст, жирными мазками, можно пальцем, не бойтесь, что неумело, свое Завтра. Краски выбирайте более интенсивные, для начала некислотные, некричащие, потому что Вы
в нем уверены, и Вам нет необходимости привлекать внимание на один раз, Вы рисуете его навсегда. Сюжет? Абсолютно неважен. Счастье непредметно, если вогнать в контур, его уже можно ухватить, присвоить, а оно постоянно должно выскальзывать, расширяться, заполнять пустоты, быть манящим, елеуловимым, чуть недосягаемым. Отключите Разум, ведите рукой свободно, от сердца. Созидайте. Получайте удовольствие от процесса. Вы – творец себя и своего будущего.
Избавьтесь страха дилетантства, Вы равны кумирам, и даже выше их. Вас этому не учили, тем лучше, Вы идете неповторимым путем, смелее ставьте этот эксперимент над собой и обозримой действительностью, как делаю я, вторгаясь хайтэк дивайсами в пространство мертвого барокко и пожилого классицизма, и зеленую пастораль пригородов. Безвкусица? Вспомните, что было стильным и модным, имело претензию на вкус, десять-двадцать лет назад. Смешно?
Я часто повторяюсь и растиражирована? Как у Вас говорят: «Повторенье – мать ученья». Одного букваря мало, необходимы еще наглядные пособия, да поярче. Я Ваша бескорыстная учительница, а Вы мои первоклашки с пионами и бантами, со страхом перед новыми знаниями.
Но я верю, что Вы открыты для меня. А я для Вас существую.
Придите ко мне, возьмите меня, и я подарю Вам все блага этого мира, такой ласки и заботы Вы еще не знали. Долго ждать я не намерена, Вы должны были явиться еще вчера.
Сегодня уже может быть поздно. Все я пошла к другим. Вон они, смотрят на меня, слышат и осязают, у них заворожено горят глаза, в которых отражаюсь я, переливаюсь и мигаю огнями. Догоняйте. Возможно я Вас еще приму, сжалюсь и обогрею. Спешите.

Певуны мои, певуны. Они моя радость, моё заглядение. Не эти ворчливые клуши за кассовыми аппаратами, не «подходи, дорогой, пэрсик – чистый мед», хотя тоже бывают хороши, талантливы, и уж тем более не те, которые там купили дешевле, а здесь продали дороже, выхлоп спустили, ни себе, ни людям вобщем. Ни армия в галстуках и белых рубашках стучащихся в дверь вашего дома и офиса, звонящих по телефону, уверенных в своем предложении больше чем с себе и в Отце всех нас. Про жирных лоснящихся пиявок на трубе я вообще промолчу. Вот эти улыбчивые девочки и мальчики с задорными речевками – они моя эстрада, мой хит-парад, мои актеры на сцене торговли и продаж, только за них мне искренне нестыдно. На вашем языке им нет еще названия, грубые заимствования – промоутер, мерчандайзер, супервайзер – не для русской души.
В глобализированных мегаполисах среди прочих энерджайзеров, будвайзеров, фудкортов – они еще хоть как-то созвучны ритму и мелодии жизни в них, провинция требует другой оранжировки,
не механической, там иная гармония, плавная, переливающаяся, почти без контура. А были же милые всем коробейники, лоточники, лавочники, молочницы, умели голосить, да вот накрылось все эпидемией измов. Только подумайте : вообще меня отменить, «каждому по способностям», справедливое вознаграждение, евреи до сих пор ставят такие эксперименты в кибуцах. Я тоже
не люблю этих бумажек, смеюсь над ценностью металлов и камней, которые общепринято считать драгоценными и благородными. Но как измерить путь к мечте, силу воображения и желания, чем побудить мечтать, раззадорить воображение, искривить восприятие, разрушить это достаточно прочное, прозрачное стекло всеобщего, якобы гуманного, Договора или Заговора - «Жить как все», «А что на это скажут?», «Как на это посмотрят другие?». И биться лбом о стенки аквариума всю жизнь, пока не всплывешь кверху брюхом, стучаться жужжащей мухой в манящее лето, и высохнуть
в межоконном пространстве. И пусть это многоголосие пока кажется чужим, завезенным, насаждаемым, оно обретет свою почву, привьется и даст уже свои, родные плоды. Пойте, пойте мои Вы жаворонки. Ваша песня бескорыстна как птичья трель, хоть это природа так звучит, чтобы продлить их виды. Так и Вы пойте не задумываясь над тем, что это принесет. И подойдут к Вам, и сбудется. Обязательно…
Позвольте представиться, Сэйл (Sale). I’m the soul of trade.

- Ты на связи будешь первым только с нашим Супер Первым, - вот так февральским снегирем
я начирикал весну, и она пришла.
Появилось и общение, а то сидел по выходным в четырех стенах, и выращивал депрессию на всю голову, так что в понедельник требовалось несколько часов, чтобы разговориться и выйти из ступора. Первый с кем познакомился в «Пятёрочке», был охранник-узбек лет двадцати пяти по имени Богдан(?). На родине он работал в ресторане официантом, администратором и заместителем директора. Родители – переводчики, отметились на дипломатическом поприще, и в ещё каких-то службах, что даже сын о их делах многого не знал или не захотел рассказывать. Сам знает несколько языков, причём многое освоил самостоятельно. Играл в карты по-крупному, вопреки исламу, грешил и другими способами, хотя когда-то и молился. Около года прожил в Москве, работал у знакомого, по каким-то причинам оказался в Петербурге, несколько месяцев не работал, как сказал : «Пялился целыми днями в телевизор», на что я пошутил: «Значит было на что пялиться». В ответ на это он хитро улыбнулся. Жил с девушкой-черкеской, что работала продавщицей в магазине, в который он ходил постоянно за покупками, оставил телефон – она позвонила. Теперь беременна, судя по его телефонным разговорам с ней, не без любви.
Для меня было открытием, что в бывших советских среднеазиатских республиках далеко немногие придерживаются заповедей Магомета. Много я расспрашивал его о жизни Узбекистане, почему люди едут массово на заработки в Россию. Сложно всё у них там, Каримова народ недолюбливает:
- На пожизненное президентство пошел.
- У нас в Белоруссии не проще, - ответил я.
Так и проходили выходные: продажи и беседы с такими же как я гастарбайтерами.
Прихожу в одну из суббот, а Богдана нет, на его месте новый охранник азиатской наружности. Мужики из пункта по изготовлению ключей сказали, что уволился, у подруги проблемы – выкидыш.
Его сменил Зоир, мужчина сорока пяти лет, тоже из Узбекистана, пенсионер-мент, немного-немало командир батальона патрульно-постовой службы, трое детей, на свадьбе хочешь-нехочешь по тамошним традициям должно быть триста пятьдесят человек, и хоть тресни всех накорми-напои.
В Таджикистане даже закон ввели: на свадьбе должно быть не более ста человек, ходят комиссии
с проверками, но судя по всему, это просто лишние гости, а значит допускаются и жизненные поправки к закону. Дочь к мужу из дома необходимо выпроводить в полной экипировке – мебель, постельные принадлежности, посуда, всё вплоть до занавесок, а сейчас в моде дорогие турецкие. Крутись как хочешь, потому и здесь.
Мент, как и я, по образованию оказался историком. Обоюдное любопытство вызвало житьё-бытьё в родных краях каждого, этнографически и культурологически обогащались.
Например, у них хоронят голыми – каким в мир пришел, таким и уйдёшь – завернутый в ткань труп не просто опускают в могилу, а в яме сбоку делают нишу и кладут туда. Зоир рассказывал такой случай:
- Мужчину на работе ударило током 380В, закопали в тот же день, сырая земля привела его
в чувство, он рыхлый песок под себя, в нишу, и выбрался, остановил тачку (в таком-то виде?!) и приехал домой…
Живут среди их обычаев и другие отголоски древних культур и религий. Зоир поведал, что после свадьбы молодых увозят в какое-то место, там жгут огонь, вокруг которого муж несколько раз обносит жену – очищаются – явно что-то из зороастризма, от огнепоклонников, Персия ведь рядом. Кстати, о персах. В узбеках много намешано: антропологически вроде как монголы, язык тюркский – татар, турков, азейбарджанцев понимают, если прислушаться то и дагестанцев, иранцев где фарси уже нет, а таджики могут. Сам Зоир узбекский таджик, с этим фактором тоже забавно: многие знают оба языка, бывает, что узбек по национальности разговаривает только на таджикском, и наоборот. После развала союза много переселялось
туда-обратно, перемешалось все - язык, национальность, гражданство, но ладят между собой.
Как-то подошел к Зоиру земляк, стоят, общаются на узбекском, только видно, мента что-то не устраивает, спрашивает:
- Ты кто?
- Таджик, - отвечает тот.
- Так и говори на своем, - и хлопнул его по плечу, прояснив для себя ситуацию.
Говорят, где-то в их краях могила Чингисхана, а они его наследники, кочевники значит,
но злобы и кровожадности поубавилось, осели, обзавелись хозяйством, да сейчас с огорода
не проживёшь, хоть и два урожая в год снимают, нужны чёртовы бумажки: цивилизацию в дом покупать, детей учить, свадьбы эти ещё, вот и носит самолетами их в Россию, Корею и т.д. Всё ещё легки на подъем, неприхотливы в быту: поживи круглый год в бытовке, а то и годами, или вшестером в двенадцатиметровой комнате, шутка ли. Гены помнят ночёвки у костров, среди низкорослых коренастых лошадей, под открытым небом, а тут целая бытовка с электричеством и обогревателем – роскошь.
Так за красным столиком на колесиках прошли все праздники – 23 февраля, 8 марта, Курбан-байрам (Новый день по-нашему). Зоир в женский день позвонил жене и спросил : - Как дела?
- Е…сь как хочу, - был ему ответ.
Там дети, хозяйство, а он здесь тележки таскает.
За моим рабочим местом располагались стойки для бесплатной прессы, перед восьмым первая полоса газеты «Мой район» (в нашем случае Приморский) была озаглавлена «Какими Вас любят?». Тетка лет пятидесяти, явно без настроения, подойдя за экземпляром, произнесла на этот вызов вслух : «Да, никакими». Кому праздник, а кому раздумье.
- Чурка! – назвал как-то охранник, зашедшую в магазин, растрепанную соплеменницу, не в глаза конечно. – Попробовала бы так дома походить.
- Сделали бы замечание? Кто? – поинтересовался я.
- Родственники в первую очередь.
После исламского Нового года я поинтересовался у Зоира, как он отпраздновал. Плов и пиво у них с соотечественниками были, плов неправильный, на свинине. А по-настоящему, в принципе, несложно: обжаривается кусками говядина или баранина, выкладывается в глубокую кастрюлю (казан), наверх слоями лук и морковь, все это засыпается рисом, и заливается водой, соль, специи, лимон некоторые целиком ложат для вкуса, вариаций масса, но главный замысел именно таков, варят около часа на большом огне, помешивая рис так, чтобы не беспокоить нижних слоев, накладывают в обратном порядке. Надо как-нибудь попробовать.
Администраторши в «Пятерочке» тоже две личности выдающиеся. Одна из них, Ольга, всех воров в округе знает в лицо, заходят в магазин, она им с порога : «Уйдешь без штанов». И уходят. Правда не все. В смену другой, Зои, один побежал от касс, та за ним, звала Зоира, который занимался не своим делом – корзинки собирал, я на выходе схватил его за куртку – вырвался, споткнулся и упал в предбаннике, администратор попыталась его удержать, но тот снова выскользнул, и на улицу, а там, дай Бог ноги. Отчаянные ребята. Выносится много, промаркированы штрих-кодом только товары стоимостью от ста рублей, часто на выходе звенят у покупателей сыр, чулки и дорогие напитки, на кассе код не снялся, сверяют чек и пропускают. Хотя уверен, что такого рода убытки, изначально заложены в цену. С началом года в этой розничной сети отменили карты скидок, но для сотрудников сохранили возможность пробивать чек через карту, которая постоянно на шее Ольги или Зои.
Да, значит, «Супер Первый» к марту перестал быть актуальным, хотя и подтрунивали, что красный оператор прикололся : «первый» на сленге наркоманов означает кокаин. Появилась новая маркетинговая тема - «Супер Ноль». Мечта ищущих халяву : первая минута – рубль семьдесят пять, а со второй минуты по десятую – бесплатно. Массировано погнали рекламу, и товар пошел в народ. Правда, в конторе стали происходить невероятные вещи под названием «Мотивация». Она самая стала меняться для промоутеров чуть ли не каждую неделю. По началу моей работы при условии продажи хоть одного пакета за восимичасовой день начислялась дневка по сотне за час : одну продал – восемь сотен твои. Дальше пошло и поехало: дневка за четыре проданных карты, потом - сбываешь четыре – пятьдесят процентов выручки себе, а с пятой все себе и тому подобное. Вобщем оператор стал зажимать бабло, вернее считать его, а не разбазаривать, что заставило контору встать на рельсы изыскания внутренних резервов. Основной ресурс такого бизнеса – люди, вот из них и стали выжимать. Только кризис задел как крупные компании, так и карман обывателя, и желающих кинуть сотку на стол соловью, распевающему о прелестях нового, уже окончательно и навсегда выгодного тарифа, явно поубавилось – большинство включило режим экономии. Очередная смена мотивации заставила задуматься о целесообразности такого стояния и о собственной выгоде, процессор выдал отрицательный результат, в итоге супервайзеру, который за последний месяц стал менеджером по качеству, и судя по всему потерял некоторые бонусы, была послана смска с отказом о продолжении сотрудничества. После ухода еженедельно и не по разу звонили с предложением возобновления работы и информацией об очередной смене мотивации на более прогрессивную. Отвечал, что устал работать без выходных, спасибо.

Вот и еще одна моя звездочка сгорела, но ее свет не погас. Еще годы она будет связывать людей, и не только в прикладном смысле, потому что от нее пошли в народ сим-карты. Ее пение согревало и дарило надежду на весну посетителям супермаркетов в эту зиму. И она пришла, наша любимая сестрица.

Wrong... wrong…
Бутылка по волнам.
Белая дремлет чайка,
Укачало по буйкам.
Вечерняя прогулка
Не спится морякам,
У солдата выходной,
Это не какой-то FM.
И серый «Смольный»,
И похожий «Перекоп»
На полтора им дом.
Р-раз! И четче шаг,
Равнение Попову,
Творению его ума.
На кнопку – два…
... прыгнуть со скалы…
…и тогда…шшш….
…поймешь быть может ты…
Сигнальной ракетой,
Бург обогнув и маяк,
За черную подлодку
Дневная углём звезда.
Ораниенбаум красным
Засветит скоро фонарём,
Его мечтательный там
Помнят допытливый взор.
Рок-хит-парад в ушах:
Уже которую неделю
Первое без изменений,
И кажется, что навсегда:
…forgive me, forgive me not...
…шшш…кого ты потеряла…

Не отвергая заслуг старших товарищей в боях с коммунизмом, и за капитализм, приходится констатировать неумолимую вещь: и нам тридцатка, и у нас тоже типа итоги.
Да, мы не помним олимпийского мишку, и не мы кайфовали во внеочередные выход-
ные,когда загибались один за другим престарелые генсеки, не усвоили значения, но пом-
ним восторженные интонации от произносившихся – «Перестройка, Гласность, Ускорение». Понять в том возрасте, что говорил дядька с пятном, абсолютно не представлялось возможным.
Это Вам, старшИм, одетым в спортивные костюмы, лишенным целей и идеалов, пришлось вынести ломку прошлой системы, заняться коммерцией и строительством новой жизни, имея в багаже, в лучшем случае, знания по политэкономии, а мы ходили в школу, благо было хоть куда-то ходить, хотя учится и работать стало:”Зачем?”. Дымящая и коптящая трубами страна превратилась в базар, воздух стал чище. Жрать сначала было нечего, а потом стало не на что. Очередь навремя становится неотемлимой частью общественного ритуала . Как-то ненадолго забыли о кровеносной системе – нефтяных и газовых трубах. Зарабатывали капиталы, чтобы их выкупить.
Окружающая действительность напоминала голливудский боевик, не проходило и дня без скорбных новостей. Листьев, Холодов, а сколько тех, про кого не сказали в телевизоре. Тысячи, десятки тысяч загубленных душ. Кругом разводят руками и говорят: ”Жизнь такая, время такое”. Да ну, ребята, всё как всегда: в минуте шестьдесят секунд, весна сменяется на лето, сто лет складываются в век. Было давно, правда, одно из ряда вон событие, после которого наступила Наша эра.
Просто в каждую эпоху существует некоторое количество червей, которые свою жИЗНЬ считают важней Вечности, Истории, и наделяют время удобным для себя качеством, коротая годы под лозунгом : ”Бери от жизни всё!”. А развитие технологий помогло им донести эту идею до каждого (потребителя).
И вот те, что выжили, переоделись в бренды, вспомнили о светлых школьных годах, чистой студенческой любви, о Марьиванне, учительнице русского и литературы, закинувшей некогда зёрна в слабоокультивированные души, которые воспринимали в то время всё без разбора, и корм и сор. Как позже оказалось - многие хронически больны…духовностью. В девяностые годы климат в стране был не тот : то путч, то дефолт, то приватизация, всходы чего-либо нематериального были обречены на гибель. Новый век принёс стабильность, и духовность попёрло. Нескончаемый оргазм российских природных ресурсов в Европу сублимировал новое качество культуры, классиками в которой становились не просто при жизни, а после первого произнесенного или напечатанного слова, не всегда цензурного.
Литература, кино, театр и другие виды исскуств встали на рыночные рельсы. И слава Богу, у людей этим занимающихся профессионально появилась возможность зарабатывать, зто их хлеб. Возникли и такие, кто делает
на этом бизнес, а качество страдает, так выбор всегда за Вами. «Нам навязывают!» - слышится мне. Скажите: «Нет». И возьмите другую книгу, пойдите в другой театр, переключите на другой канал или выключайте вообще. Спасибо, что этот Другой есть.
В культуротворчество стало заносить успешных людей из иных сфер жизни – политики, бизнеса, даже стриптиза, стерлись многие границы. Президенты стали танцевать на сцене во время предвыборных компаний, телеведущие записывать альбомы, депутаты посягать на литературу. Отлично. Пусть поделятся, расскажут о своих достижениях. Личных. А не как раньше, только о коллективных, подведенных итогах за пять лет. В них горело
и кипело, и огонь пробился, и пар вырвался – на бумагу, в песню, видеоленту, а не выжег нутро дотла, или ещё хуже – перекинулся на других. И пусть не все Достоевские и Шаляпины, и многое огулом величают попсой…так «знали б Вы из какого сора…». Да-да, не хватает Настоящего.
И вот снова всё повторяется : кризис и ломает. Урезаны бюджеты, большинство сконцентрировалось на выживании. Поколение Покинутое Духом (less), в принципе, уже определилось по жизни: кто крепко встал на ноги, кто стремительно скатывается, и желания жить уже не имеет. Наступило Наше время испытать себя. Нас со всех сторон учили, и везде очень по-разному : одни – мы сильны, когда вместе – давайте единиться, другие – каждый выживает по-своему – стремитесь к личной цели, делайте карьеру, все средства хороши, третьи заявляют –
во всем виноваты Они (евреи, гастарбайтеры, американцы) – бейте их и гоните, и т.д. У предшественников отобрали цель большую и великую, но единственную, нам же нарисовали много и помельче. Еще не известно, что лучше.
За последние два тысячелетия сохранилась только одна цель у христиан – Царство Божие, имеются его интерпретации в других религиях и культурах, и даже более древние.
Пропали цели – исчезли целые культуры. Уйдут и те, которые предлагают нам. Более живучи оказались ценности, наполняющие смыслом и дыханием всё вокруг, единые для всего живого. И если посвятить себя именно им – не ошибётесь. Творите Любовь и Красоту, они уже внутри Вас, Вы рождены для них, и благодаря им, не держите
в себе этот огонь, горение поддерживает кислород, дайте же ему воздуха. Это и будет Ваша культура, Ваше возделывание, не бойтесь диллетантства, все приходит с практикой. Начните.
Он ЕСТЬ.

Не отвергая заслуг старших товарищей в боях с коммунизмом, и за капитализм, приходится констатировать неумолимую вещь: и нам тридцатка, и у нас тоже типа итоги.
Да, мы не помним олимпийского мишку, и не мы кайфовали во внеочередные выход-
ные,когда загибались один за другим престарелые генсеки, не усвоили значения, но пом-
ним восторженные интонации от произносившихся – «Перестройка, Гласность, Ускорение». Понять в том возрасте, что говорил дядька с пятном, абсолютно не представлялось возможным.
Это Вам, старшИм, одетым в спортивные костюмы, лишенным целей и идеалов, пришлось вынести ломку прошлой системы, заняться коммерцией и строительством новой жизни, имея в багаже, в лучшем случае, знания по политэкономии, а мы ходили в школу, благо было хоть куда-то ходить, хотя учится и работать стало:”Зачем?”. Дымящая и коптящая трубами страна превратилась в базар, воздух стал чище. Жрать сначала было нечего, а потом стало не на что. Очередь навремя становится неотемлимой частью общественного ритуала . Как-то ненадолго забыли о кровеносной системе – нефтяных и газовых трубах. Зарабатывали капиталы, чтобы их выкупить.
Окружающая действительность напоминала голливудский боевик, не проходило и дня без скорбных новостей. Листьев, Холодов, а сколько тех, про кого не сказали в телевизоре. Тысячи, десятки тысяч загубленных душ. Кругом разводят руками и говорят: ”Жизнь такая, время такое”. Да ну, ребята, всё как всегда: в минуте шестьдесят секунд, весна сменяется на лето, сто лет складываются в век. Было давно, правда, одно из ряда вон событие, после которого наступила Наша эра.
Просто в каждую эпоху существует некоторое количество червей, которые свою жИЗНЬ считают важней Вечности, Истории, и наделяют время удобным для себя качеством, коротая годы под лозунгом : ”Бери от жизни всё!”. А развитие технологий помогло им донести эту идею до каждого (потребителя).
И вот те, что выжили, переоделись в бренды, вспомнили о светлых школьных годах, чистой студенческой любви, о Марьиванне, учительнице русского и литературы, закинувшей некогда зёрна в слабоокультивированные души, которые воспринимали в то время всё без разбора, и корм и сор. Как позже оказалось - многие хронически больны…духовностью. В девяностые годы климат в стране был не тот : то путч, то дефолт, то приватизация, всходы чего-либо нематериального были обречены на гибель. Новый век принёс стабильность, и духовность попёрло. Нескончаемый оргазм российских природных ресурсов в Европу сублимировал новое качество культуры, классиками в которой становились не просто при жизни, а после первого произнесенного или напечатанного слова, не всегда цензурного.
Литература, кино, театр и другие виды исскуств встали на рыночные рельсы. И слава Богу, у людей этим занимающихся профессионально появилась возможность зарабатывать, зто их хлеб. Возникли и такие, кто делает
на этом бизнес, а качество страдает, так выбор всегда за Вами. «Нам навязывают!» - слышится мне. Скажите: «Нет». И возьмите другую книгу, пойдите в другой театр, переключите на другой канал или выключайте вообще. Спасибо, что этот Другой есть.
В культуротворчество стало заносить успешных людей из иных сфер жизни – политики, бизнеса, даже стриптиза, стерлись многие границы. Президенты стали танцевать на сцене во время предвыборных компаний, телеведущие записывать альбомы, депутаты посягать на литературу. Отлично. Пусть поделятся, расскажут о своих достижениях. Личных. А не как раньше, только о коллективных, подведенных итогах за пять лет. В них горело
и кипело, и огонь пробился, и пар вырвался – на бумагу, в песню, видеоленту, а не выжег нутро дотла, или ещё хуже – перекинулся на других. И пусть не все Достоевские и Шаляпины, и многое огулом величают попсой…так «знали б Вы из какого сора…». Да-да, не хватает Настоящего.
И вот снова всё повторяется : кризис и ломает. Урезаны бюджеты, большинство сконцентрировалось на выживании. Поколение Покинутое Духом (less), в принципе, уже определилось по жизни: кто крепко встал на ноги, кто стремительно скатывается, и желания жить уже не имеет. Наступило Наше время испытать себя. Нас со всех сторон учили, и везде очень по-разному : одни – мы сильны, когда вместе – давайте единиться, другие – каждый выживает по-своему – стремитесь к личной цели, делайте карьеру, все средства хороши, третьи заявляют –
во всем виноваты Они (евреи, гастарбайтеры, американцы) – бейте их и гоните, и т.д. У предшественников отобрали цель большую и великую, но единственную, нам же нарисовали много и помельче. Еще не известно, что лучше.
За последние два тысячелетия сохранилась только одна цель у христиан – Царство Божие, имеются его интерпретации в других религиях и культурах, и даже более древние.
Пропали цели – исчезли целые культуры. Уйдут и те, которые предлагают нам. Более живучи оказались ценности, наполняющие смыслом и дыханием всё вокруг, единые для всего живого. И если посвятить себя именно им –
не ошибётесь. Творите Любовь и Красоту, они уже внутри Вас, Вы рождены для них, и благодаря им, не держите
в себе этот огонь, горение поддерживает кислород, дайте же ему воздуха. Это и будет Ваша культура, Ваше возделывание, не бойтесь диллетантства, все приходит с практикой. Начните.
Он ЕСТЬ.

На Пасху выбрались с Владом в центр Питера с фотоаппаратом. Встретились перед входом на станцию метро «Сенная площадь», отъелся соседушка на белорусской картошечке, и давай наяривать по маршруту: Садовая – канал Грибаедова - Декабристов – Исакий – Медный всадник – Дворцовая площадь – Невский. Запечатлели себя на фоне лучших санкт-петербургских артефактов. В поисках более дешёвого заведения свернули с Проспекта, и в итоге, присели в кафе недалеко от Владимирской, взяли по пиву и шаурме с картошкой, не белорусы что ли. Рассказывал мне новости из родного города и двора, кое-что шокировало: мать одного из наших соседей ударила мужа ножом. Насмерть. Пятьдесят семь лет. Двое внуков – живи и радуйся. Ревность и водка отказали в спокойной старости.
И семья - никто бы плохого слова не сказал: он – инженер, она – исключительно аккуратная женщина. Остальные все новости тоже крутились вокруг бухла с вытекающим из него измененным сознанием. Сравнивали жизнь здесь
и там, сошлись на том, что в Питере лучше. Иначе и не могло быть. Час сидели травили байки.
Влад созвонился встретиться с кем-то, спустились на «Владимирскую», я попросил скинуть фотографии
по возможности на электронный ящик, на этом и попрощались. Мне надо было перейти на «Пушкинскую», а оттуда
с пересадкой до «Старой деревни». С вводом новой линии под землёй стало передвигаться сложней. Шутка ли: конечная станция в центре города!
По ступенькам немного вверх, по коридору в сторону эскалатора, на станцию имени великого поэта.
На выходе из тоннеля трое в форме, а я иду на них один. Сделал как обычно безразлично-славянское лицо – всегда помогало. Уже сделал шаг за линию этого кордона, как слышу:
- Ваши документы предъявите, - вокруг в гражданском никого, значит это ко мне обращаются старший сержант лет двадцати семи с уверенно-наглым лицом и прапорщик с более спокойными чертами под сорок.
Растерянно побил себя по карманам и извиняющимся голосом говорю:
- Вот, блин, забыл. Куртку другую одел.
- Откуда сам? – оживился старший сержант.
- Из Твери, - если поможет обязательно там побываю, и цветы возложу указателю на въезде.
- Где зарегистрирован? – всё больше заинтересовывался обладатель лычек. Эх, знал бы, что я тоже обладатель такого звания, да ещё командир отделения тропосферной станции связи Р – 423.
- Туристская, пять.
- Каким отделом милиции?
- Сорок четвертым, Приморского района.
- В каком военкомате поставлен на учет? – не унимался сержант.
- В Твери, Октябрьского района, - по – любому или Октябрьский или Ленинский там должен быть.
- Когда приехал?
- Полгода назад, - за восемь месяцев первое такое попадалово, хотя первые три месяца документы были
в порядке.
- Где регистрацию делал?
- Фирма «Цитадель».
- Это по твоей части, - сказал сержант коллеге.
- Давайте отойдем в сторону, - сказали две звезды вдоль погон.
- Как скажете, - ну, понеслась.
Завели в угол площадки перед эскалаторами, за какие-то перегородки.



- Достаньте всё из карманов всё содержимое и положите сюда, - указал на какую-то коробку прапор.
- Наркотики может быть имеются, - прищурился сержант.
- Помилуйте, господа, отродясь в руках не держал, пиво сегодня пил, не скрываю греха, так праздник ведь.
Ощупывали одежду с ног до головы, я руки поднял как пленный.
- Ты чего это? – удивились служивые.
- Ну, я Ваших порядков не знаю, как правильно вести себя преступнику.
- А ты не преступник. Так, хули-ган. Административное правонарушение совершил пока, - улыбнулись они.
- Вынимай деньги из кошелька, спрячь, и дай его сюда посмотреть.
Вот теперь точно попал. В одном из отделов лопатника лежит просроченная ещё в конце осени регистрация. С данными из белорусского паспорта.
- Так говоришь из Твери? – развернул её прапорщик.
- Как фамилия? – удостоверился он же.
- Всё было гладко: и Тверь, и отдел милиции, да только на военкомате прогорел, - тихо негодовал сержант, - зачем было врать, возможно мирно бы разошлись, для белорусов же всё проще.
- Ну, извините, ребята, - оставалось только развести руками, правда выскользнула на сторону милиции.
- Сейчас ещё одного поймаем, вызовем машину из ОВИРа, там с тобой разберутся. Мобильник давай. Без него ведь не побежишь, правда? – слукавил старший сержант.
Ловцы заняли исходную позицию, и принялись за работу, благо поток из тоннеля увеличился. Я подошел
к прапорщику прояснить своё скорое будущее:
- А что дальше будет?
- А это уже не наше дело. Придет машина, завезут, пускай там и разбираются. Штраф выпишут. Жди пока.
Во, попал,блин. Топтался по площадке, смотрел на ловлю: останавливали, отводили в угол, отпускали,
и так минут пятнадцать. Рыба попадалась не того вида что надо, наконец, вокруг одного возникло оживление
и суета, тянули все трое. Свиду вроде ничего такого, парень как парень, никаких антропологических
и этнографических особенностей. Долго артачился, но всё же захомутали. Позвали и меня:
- Машина прибыла, пойдём.
Вслед за ментами пришлось вернуться на «Владимирскую», и подняться наверх
ко входу, там у них своя комната. Пока поднимались на эскалаторе расспрашивал прапорщика:
- А сколько будет штрафа?
- По первому разу что-то около полторы, хотя это для россиян, тебе точно не скажу.
- А как быстро надо оплатить?
- Вроде как две недели, - пожал он плечами.
В комнате нас обоих посадили в «обезьянник», за решетку, сержант сел что-то писать. Были там ещё двое по форме, один очень бравый хвастался:
- Вы тут по мелочёвке работаете, мы же больше всё по крупняку, по наркоте.
Очень уж не взлюбилась им вторая жертва, подначивали всё его, прицепились к переломанному носу:
- Где нос сломал?
- В детстве, - отвечал, судя по предшествовавшему вопросу о разрешении на работу,
молдованин, в любом случае обитатель постсоветского пространства, но близкой к славянской наружности,
и с непонятным елеуловимым акцентом.
- Ага, с качелей упал, - смеялись служивые.
Привели ещё одного, по виду явно таджик или узбек. На вопросы по-русски отвечал с трудом. Бравый мент блеснул знанием двух-трёх слов по-среднеазиатски, у всех восторг до кипятка в ботинки.
- Где работаешь и проживаешь?
- Не работаю, живу у родственников, ищу работу.
Попросили выложить всё из карманов и пакета. Один из предметов – новая насадка для дрели в упаковке – вызвал у милиции особый интерес. Вообщем даже мне стало понятно, что мужик тоже запутался и попал.
Ко мне подозрительно вопросов не было, начались обсуждения на тему: «Кого будем сажать?». Старший сержант, сидевший ко мне спиной и писавший, повернулся и спросил:
- Тебя как звать?
- Александр.
- Шура значит. Не Шурика мы не посадим. Вставай, пошли со мной.
Прошли через вестибюль станции, он открыл дверь, за которой была лестница с курившим на ней
по форме человеком, свернули сразу вправо в какой-то закуток со стоящими невысокими шкафчиками.
- Слушаю твои предложения, - не церемонясь начал ловец незарегистрированных.
- Я впервые в такой ситуации и расценок не знаю.
- А ты исходи из своих возможностей.
- У меня только две тысячи, и на них ещё прожить надо, я сейчас не работаю. Слышал, что это стоит рублей двести-триста.
- Издеваешься что ли? - недоумевал сержант.
- Ну, я не знаю, - промямлил я потупившись.
- Давай на «пятихатке» разойдёмся подобру-поздорову, - подвел он итог.
- У меня две по тысяче, - обрадовался я, что скоро с этим покончим, деньги мои он всё равно видел.
- Сдача найдётся.
В милиции дают сдачу! Как в супермаркете. От-лич-но.
Долго не мог найти деньги в карманах, оказались в нагрудном, рассчитался и на прощание, получив сдачу, услышал:
- Всё, Шура, надо делать вовремя. Больше не попадайся.
- Понял, спасибо за совет, - вышел на свежий воздух и направился в сторону Садовой.
Воистину воскрес!

Могло ведь быть всё как-то по-другому,
И снова на развилке - я путник без коня,
И камень тот же посреди лежит тяжелый,
И текст на нем в три варианта как вчера.

И чувство - утерял не то тогда я что-то,
Да, и обрёл не то, как понял чуть спустя,
Вслед бродят призраки кого или чего-то,
Живут своей судьбой, в затылок нам дыша.

Врываются в сегодня лицами прохожих,
На бег срываться заставляют, голову сломя,
Не видя ни полос, ни машин погожих,
Скорей бы та другая – напротив сторона.

И злая память – зверь, рассудок цепенящий,
Хоть и всплывает в ней - мне милое лицо,
Рук не унять, от страха мнимого дрожащих,
И в сердце жгучий лёд волной - твоё тепло.

Кризис заставил задуматься о дополнительным заработке, после определенных изысканий на эту тему,
и по совету знакомых, отпросившись в понедельник после обеда на часок, сходил на собеседование в контору, которая занимается распространением услуг одного красного оператора связи. Отбором на этом мероприятии никто
не занимался – только бы шли работать. Объяснили вкратце условия, свойства товара, раздали памятки-шпаргалки необходимые в продажах, кого-то даже запрягли к исполнению обязанностей в тот же день. Пришлось внести ясность, что мне бы нести счастье общения в народ по выходным, на это они и согласились.
В следующую пятницу съездил за необходимым материалом – сим-картами и формой – кепка и сумка, выдержанные в тонах бренда, получил инструкции и распределение на работу в одном из магазинов «Перекрёсток»
на северо-западе города. Курировать мою деятельность должен был супервайзер по имени Ярослав, которому было велено отзвониться перед началом работы, и все возникающие вопросы разрешать через него.
Нагруженный и возбужденный предстоящими приключениями, вернулся домой, и даже покрасовался перед зеркалом в новом образе, напялив головной убор и перекинув через плечо сумку. Пораньше лег спать, чтобы набраться сил перед новым делом.
Субботнее утро давно не было таким ранним на подъем, что в принципе и хорошо, так как долгий сон по выходным выбивал из режима, в любом случае, понедельник обычно последнее время тянулся скомкано и помято.
Уже в этом чувствовался плюс от новой затеи – держать себя в тонусе и не выбиваться из колеи.
Завтрак – не до жиру, конечно, а то стал бы заморачиваться этими вариантами поиска дополнительного дохода. По дороге на автобус заскочил в церковь – последнее время стал как-то метафизически настроен – только и остается, что уповать и надеяться, больше помощи ждать неоткуда.
В Питере, в целях экономии, до места назначения добрался пешком, нашел нужный магазин, обратился к охраннику, где у них руководство, дабы испросить разрешения на работу, и преодолев все формальности, позвонил супервайзеру доложить о начале работы.
Специально оборудованного места на этой точке не оказалось, промоутерская стойка была, но чужая – конкурентов, продвигающих полосатого сотового оператора. Решил для начала потоптаться в предбаннике супермаркета (уже второй супер на этой странице),
в советской торговле были просто магазины и просто продавцы, в нынешних продажах все супер и гипер, и в этом заключается вся идея коммерции, и причина наступившего кризиса тоже – супер потребляя и гипер обжираясь, немудрено схватить несварение.
- Учавствуйте в акции!Две сим-карты – по цене одной! – начал я приветствовать пришедших в магазин, расхаживая взад вперед, и изучая реакцию посетителей на самого себя. Яркие бренд-атрибуты моей одежды, судя по всему, привлекали внимания больше, чем мой низкий голос, но мне то известна истина: на каждого покупателя свой продавец, значит главное – чтобы по-больше народа увидело белое яйцо на красном. Место выбрал удобное, здесь меня видел каждый по два раза – при входе и выходе, однако сквозняк заставил задуматься
о передислокации – здоровье дороже. Ярослав-начальник сказал во время отзвона, что мой
предшественник-паренек, который здесь работал, стоял где-то возле касс в торговом зале, я не стал заниматься самодеятельностью в плане перемещения, и решил дождаться «супера», чтобы тот показал что, где и к чему.
Первой кто вступил со мной в контакт была уборщица, по виду, родом из Средней Азии, полюбопытствовала
не сим-карты ли это и по чем, потом подошел парень и попросил «спецификацию» - листовку, где расписаны отличия тарифов, и я его отправил в салон связи, входящего в сеть, главу которой сейчас ловят правоохранительные органы.
Пришел супервайзер и показал, где лучше стоять в прикассовой зоне. Разложился на столике, на котором покупатели пакуют товар, тесновато, но всё лучше предбанника со сквозняком.
- Подключайтесь к новым тарифам! Вторая карта в подарок! – привлекал я клиента.
Да,значит фишка текущей акции была такова: при подключении за сто рублей (на счёте сразу лежит сто сорок три рубля пятьдесят копеек) одной карты с тарифом на выбор – «Мы», «Областной» или «Супер Первый», вторая «симка» с тарифом «Мой выбор» оформлялась бесплатно, преимущество последней в том, что можно выбрать «дружественного» оператора, и звонить на него дешевле. На три платных тарифа также распространялась акция «Тройной бонус»: втечении полугода на счёт начисляется триста бесплатных минут и триста бесплатных СМС внутри сети, плюс к этому бесплатно подключается функция «Гудок». Вобщем куча пряников, и всего за сто рублей,
но народ разбирать товар не спешил, подходили тётки с вопросом: «А что это такое?» Парень лет двадцати пяти просил продать без паспорта, по неопытности не зная как выйти из такой ситуации я ему тогда отказал,
уже позже стал легко обходить такие ситуации: перезванивать людям позже домой, чтобы они мне надиктовали серию и номер паспорта, а то и заполняя договора от балды, чего уж теперь греха таить.
- Дарим Вам бесплатные минуты! – слышали рассчитывающиеся на кассах покупатели и не подходили.
Интерес проявляли лишь праздные булдосы, при этом мне приходилось старательно ощущать кошелек в заднем кармане джинс, и прикрывать собой сумку с сим-картами.
- Где вы были вчера? – пожаловался один якобы клиент, сетуя на то, что вчера невыгодно подключился.
- А у Вас бесплатно? – любопытствовали охочие до халявы.
- Сколько будет стоить звонить по России? – задавал вопрос товарищ из Чувашии.
И всё в том же духе, а ни одного пакета подключения не распаковано, и ни одного договора не подписано, рабочий день стремительно клонился к завершению, народа в магазине становилось всё меньше и меньше, продавщицы на кассах стали скучать и разговаривать между собой, проходившая мимо администратор, сделала им замечание:
- Девочки почему болтаем?
- Уже и не общайся, б…! - улыбнулись смущённо они в мою сторону.
На этом мой первый рабочий день в качестве промоутера и закончился, по дороге домой передумал много всякого, но твердо решил не сдаваться, и продолжать начатое.
В воскресенье шел на работу без воодушевления. Как и вчера, подошел сначала к охране спросить разрешения на работу, на посту сидел другой человек, и потребовал документ, я сказал, что он должен быть где-то у них, но среди кучи подобных бумаг, нужной и с моей фамилией не оказалось. Вчерашний охранник в такие подробности не вдавался, записал мои паспортные данные, и отправил к руководству магазина, а оттуда меня провели в зал, не требуя никаких меморандумов. Сегодня же я оказался букашкой без бумажки, и на порог меня не пустили. Стал звонить супервайзеру и объяснять ситуацию, мне ответили, что перезвонят через пару минут. Дождался звонка, и новым указанием было - идти в «Пятёрочку» минутах двадцати пешком отсюда.
Стародеревенская, двадцать пять – этот адрес стал для меня на ближайшие почти два месяца едва ли
не родным. Это было отдельностоящее здание с баром на втором этаже. Место довольно бойкое, пользуещееся спросом у жителей близлежащих домов.
Здесь была промоутерская стойка! На колёсиках. Правильного красного цвета с изображением модного ай-телефона, и информацией о проводимой акции. Просто сказка!
Теперь у меня было настоящее оборудованное рабочее место. Настроение поднялось. Нетерпелось опробовать все это в деле, спросил у охранника, как потом оказалось узбека, где стояли мои предшественники, подкатил промостойку к входу-выходу, так что никто не мог зайти и выйти из магазина, не приметив меня. Позади моего рабочего места располагались ещё стойки для бесплатных газет – «Мой район» (в нашем случае Приморский) и «Асток пресс», а также детская забава – механический аппарат с каучуковыми шариками: вставляешь пять рублей, крутишь ручку и тебе приз – цветной, прыгающий мячик, а если повезет, то и два, вобщем – привыкайте
к лохотронам смолоду.
Ну, теперь, голубчики, держитесь:
- Поключайтесь к новым тарифам! Мы дарим общение бесплатно!
Первой благодарной любопытной снова стала уборщица из Средней Азии. Бухтели что-то себе под нос, но явно в мой адрес хмурые тётки и неуспевшие похмелиться мужики, один такой лет пятидесяти даже подошел и высказался:
- Недавно купил, такое г…о, деньги жрёт!
Снова значит шума много, а толку никакого. Решил что-нибудь предпринять, и родилась следующая идея, недаром же работаю в рекламе, которая, как известно, двигатель торговли. Отруки на листе А4 написал:
«Две сим-карты – всего за 50 рублей!»
Посудите сами: на «симке» за сто рублей уже лежит сто сорок три рубля пятьдесят копеек, на второй – бесплатной – пять рублей, заплатив сотню получаете две карты, на которых сто сорок восемь рублей с копейками, т.е. безвозвратных вложений – только полтаха! Ну в чем я нечестен, или по крайней мере нелогичен. Прицепил это художество спереди на стойку.И заработало! Стали подходить спрашивать: что да как.
17.55 Продажа!!! Дрожащими руками заполнил договор на Караулова Евгения Сергеевича, такие люди - знаковые фигуры в биографиях. И уж точно он зашел в магазин не за кефиром, а был ниспослан мне. Спасибо ему. О, это ощущение победы и успеха, чувство неоставленности, знание, что за тобой присматривают и ведут. Спасибо.
18.30 Продажа!!! Парданен Сергей Иванович.
- Эстонец что ли?
- Фин! – гордо ответил светловолосый парень, подходивший ко мне с двумя друзьями тремя часами ранее,
но сославшись на нехватку времени, тогда убежавший. Не верю, что он вернулся специально за сим-картой. Спасибо.
Под занавес рабочего дня в магазин зашёл один из немногочисленных моих знакомых в Питере - Караваев Сергей – бывший сотрудник, так сказать, курьер. Поставил мне банку пива, вышли покурить и поговорить о своём. Стоял тёмный февральский морозный вечер, за пять минут, пока дымили, к «Пятёрочке» подкатило три джипа,
я заметил:
- Днём, когда светло, стесняются к этому магазину подъезжать, скидки помогают
не только выживать малообеспеченным, но и покупать такие тачки менее нуждающимся.
- Это точно, - ухмыльнулся Серёга.
Домой ехал окрылённый, и всю следующую неделю был эмоциональный подъём, дела на основной работе тоже пошли в гору.
Так и повелось: с понедельника по пятницу продаю рекламу, суббота и воскресенье торгую услугами связи. Плюсом работы также стало то, что на руках появилась какая-никакая наличность, которой можно было оперировать между получением зарплаты на основной работе и передачей выручки супервайзеру, что происходило в каждую следующую субботу, т.к. вечером в воскресенье он не являлся. Вобщем полного кризиса в кошельке это позволяло избежать.