fortovsky (fortovsky) wrote,
fortovsky
fortovsky

Пасхальные менты

На Пасху выбрались с Владом в центр Питера с фотоаппаратом. Встретились перед входом на станцию метро «Сенная площадь», отъелся соседушка на белорусской картошечке, и давай наяривать по маршруту: Садовая – канал Грибаедова - Декабристов – Исакий – Медный всадник – Дворцовая площадь – Невский. Запечатлели себя на фоне лучших санкт-петербургских артефактов. В поисках более дешёвого заведения свернули с Проспекта, и в итоге, присели в кафе недалеко от Владимирской, взяли по пиву и шаурме с картошкой, не белорусы что ли. Рассказывал мне новости из родного города и двора, кое-что шокировало: мать одного из наших соседей ударила мужа ножом. Насмерть. Пятьдесят семь лет. Двое внуков – живи и радуйся. Ревность и водка отказали в спокойной старости.
И семья - никто бы плохого слова не сказал: он – инженер, она – исключительно аккуратная женщина. Остальные все новости тоже крутились вокруг бухла с вытекающим из него измененным сознанием. Сравнивали жизнь здесь
и там, сошлись на том, что в Питере лучше. Иначе и не могло быть. Час сидели травили байки.
Влад созвонился встретиться с кем-то, спустились на «Владимирскую», я попросил скинуть фотографии
по возможности на электронный ящик, на этом и попрощались. Мне надо было перейти на «Пушкинскую», а оттуда
с пересадкой до «Старой деревни». С вводом новой линии под землёй стало передвигаться сложней. Шутка ли: конечная станция в центре города!
По ступенькам немного вверх, по коридору в сторону эскалатора, на станцию имени великого поэта.
На выходе из тоннеля трое в форме, а я иду на них один. Сделал как обычно безразлично-славянское лицо – всегда помогало. Уже сделал шаг за линию этого кордона, как слышу:
- Ваши документы предъявите, - вокруг в гражданском никого, значит это ко мне обращаются старший сержант лет двадцати семи с уверенно-наглым лицом и прапорщик с более спокойными чертами под сорок.
Растерянно побил себя по карманам и извиняющимся голосом говорю:
- Вот, блин, забыл. Куртку другую одел.
- Откуда сам? – оживился старший сержант.
- Из Твери, - если поможет обязательно там побываю, и цветы возложу указателю на въезде.
- Где зарегистрирован? – всё больше заинтересовывался обладатель лычек. Эх, знал бы, что я тоже обладатель такого звания, да ещё командир отделения тропосферной станции связи Р – 423.
- Туристская, пять.
- Каким отделом милиции?
- Сорок четвертым, Приморского района.
- В каком военкомате поставлен на учет? – не унимался сержант.
- В Твери, Октябрьского района, - по – любому или Октябрьский или Ленинский там должен быть.
- Когда приехал?
- Полгода назад, - за восемь месяцев первое такое попадалово, хотя первые три месяца документы были
в порядке.
- Где регистрацию делал?
- Фирма «Цитадель».
- Это по твоей части, - сказал сержант коллеге.
- Давайте отойдем в сторону, - сказали две звезды вдоль погон.
- Как скажете, - ну, понеслась.
Завели в угол площадки перед эскалаторами, за какие-то перегородки.



- Достаньте всё из карманов всё содержимое и положите сюда, - указал на какую-то коробку прапор.
- Наркотики может быть имеются, - прищурился сержант.
- Помилуйте, господа, отродясь в руках не держал, пиво сегодня пил, не скрываю греха, так праздник ведь.
Ощупывали одежду с ног до головы, я руки поднял как пленный.
- Ты чего это? – удивились служивые.
- Ну, я Ваших порядков не знаю, как правильно вести себя преступнику.
- А ты не преступник. Так, хули-ган. Административное правонарушение совершил пока, - улыбнулись они.
- Вынимай деньги из кошелька, спрячь, и дай его сюда посмотреть.
Вот теперь точно попал. В одном из отделов лопатника лежит просроченная ещё в конце осени регистрация. С данными из белорусского паспорта.
- Так говоришь из Твери? – развернул её прапорщик.
- Как фамилия? – удостоверился он же.
- Всё было гладко: и Тверь, и отдел милиции, да только на военкомате прогорел, - тихо негодовал сержант, - зачем было врать, возможно мирно бы разошлись, для белорусов же всё проще.
- Ну, извините, ребята, - оставалось только развести руками, правда выскользнула на сторону милиции.
- Сейчас ещё одного поймаем, вызовем машину из ОВИРа, там с тобой разберутся. Мобильник давай. Без него ведь не побежишь, правда? – слукавил старший сержант.
Ловцы заняли исходную позицию, и принялись за работу, благо поток из тоннеля увеличился. Я подошел
к прапорщику прояснить своё скорое будущее:
- А что дальше будет?
- А это уже не наше дело. Придет машина, завезут, пускай там и разбираются. Штраф выпишут. Жди пока.
Во, попал,блин. Топтался по площадке, смотрел на ловлю: останавливали, отводили в угол, отпускали,
и так минут пятнадцать. Рыба попадалась не того вида что надо, наконец, вокруг одного возникло оживление
и суета, тянули все трое. Свиду вроде ничего такого, парень как парень, никаких антропологических
и этнографических особенностей. Долго артачился, но всё же захомутали. Позвали и меня:
- Машина прибыла, пойдём.
Вслед за ментами пришлось вернуться на «Владимирскую», и подняться наверх
ко входу, там у них своя комната. Пока поднимались на эскалаторе расспрашивал прапорщика:
- А сколько будет штрафа?
- По первому разу что-то около полторы, хотя это для россиян, тебе точно не скажу.
- А как быстро надо оплатить?
- Вроде как две недели, - пожал он плечами.
В комнате нас обоих посадили в «обезьянник», за решетку, сержант сел что-то писать. Были там ещё двое по форме, один очень бравый хвастался:
- Вы тут по мелочёвке работаете, мы же больше всё по крупняку, по наркоте.
Очень уж не взлюбилась им вторая жертва, подначивали всё его, прицепились к переломанному носу:
- Где нос сломал?
- В детстве, - отвечал, судя по предшествовавшему вопросу о разрешении на работу,
молдованин, в любом случае обитатель постсоветского пространства, но близкой к славянской наружности,
и с непонятным елеуловимым акцентом.
- Ага, с качелей упал, - смеялись служивые.
Привели ещё одного, по виду явно таджик или узбек. На вопросы по-русски отвечал с трудом. Бравый мент блеснул знанием двух-трёх слов по-среднеазиатски, у всех восторг до кипятка в ботинки.
- Где работаешь и проживаешь?
- Не работаю, живу у родственников, ищу работу.
Попросили выложить всё из карманов и пакета. Один из предметов – новая насадка для дрели в упаковке – вызвал у милиции особый интерес. Вообщем даже мне стало понятно, что мужик тоже запутался и попал.
Ко мне подозрительно вопросов не было, начались обсуждения на тему: «Кого будем сажать?». Старший сержант, сидевший ко мне спиной и писавший, повернулся и спросил:
- Тебя как звать?
- Александр.
- Шура значит. Не Шурика мы не посадим. Вставай, пошли со мной.
Прошли через вестибюль станции, он открыл дверь, за которой была лестница с курившим на ней
по форме человеком, свернули сразу вправо в какой-то закуток со стоящими невысокими шкафчиками.
- Слушаю твои предложения, - не церемонясь начал ловец незарегистрированных.
- Я впервые в такой ситуации и расценок не знаю.
- А ты исходи из своих возможностей.
- У меня только две тысячи, и на них ещё прожить надо, я сейчас не работаю. Слышал, что это стоит рублей двести-триста.
- Издеваешься что ли? - недоумевал сержант.
- Ну, я не знаю, - промямлил я потупившись.
- Давай на «пятихатке» разойдёмся подобру-поздорову, - подвел он итог.
- У меня две по тысяче, - обрадовался я, что скоро с этим покончим, деньги мои он всё равно видел.
- Сдача найдётся.
В милиции дают сдачу! Как в супермаркете. От-лич-но.
Долго не мог найти деньги в карманах, оказались в нагрудном, рассчитался и на прощание, получив сдачу, услышал:
- Всё, Шура, надо делать вовремя. Больше не попадайся.
- Понял, спасибо за совет, - вышел на свежий воздух и направился в сторону Садовой.
Воистину воскрес!
Tags: менты, пасха
Subscribe

promo fortovsky march 4, 2019 21:24 7
Buy for 10 tokens
Как оказалось, сюда не запиливал... Вчера, кстати, был День писателя, поэтому всех поэтов и литераторов, в первую очередь непризнанных, с прошедшим) Хотел быть космонавтом На Маргс свегшить полет, Потом стать офицергом Мечтал которгый год. Семью не выбиргают, А свергху нам дана, Папашка все на…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments